Library

55 >

срывались с его губ, а ему в эту минуту  вспоминалась  другая  сцена,  она
словно по волшебству всплыла в его памяти, когда он вдруг заметил у Курона
жестокие складки в уголках улыбающегося рта,  почувствовал  знакомый  удар
трости по ноге и услышал знакомое слово предостережения:
   - Кайся!
   Это произошло в конце первой трети,  в  первый  год  его  пребывания  в
колледже. Его чувствительная натура  все  еще  страдала  от  немилосердных
ударов убогой необожженной жизни. А душа все  еще  пребывала  в  смятении,
угнетенная безрадостным зрелищем Дублина. Два года  он  жил,  зачарованный
мечтами, а  теперь  очнулся  в  совершенно  незнакомом  мире,  где  каждое
событие, каждое новое лицо кровно  задевало  его,  приводя  в  уныние  или
пленяя, и, пленяя или приводя в уныние, всегда вызывало в  нем  тревогу  и
мрачные   раздумья.   Весь   свой   досуг   он   проводил    за    чтением
писателей-бунтарей, их язвительность и неистовые речи западали ему в  душу
и бередили его мысли, пока не изливались в его незрелых писаниях.
   Сочинение было для него важнее всего в учебной неделе, и каждый вторник
по дороге из дома в школу он загадывал судьбу по разным случайностям пути,
выбирал какого-нибудь прохожего  впереди,  которого  надо  было  обогнать,
прежде чем он дойдет до определенного места,  или  старался  ступать  так,
чтобы каждый шаг приходился на плитку тротуара,  и  так  решал,  будет  он
первым по сочинению или нет.
   И  вот  пришел  вторник,  когда  счастливая  полоса  успехов   внезапно
кончилась. Мистер Тейт, учитель английского, показал  на  него  пальцем  и
отрывисто сказал:
   - У этого ученика в сочинении ересь.
   Наступила тишина. Не нарушая ее, мистер Тейт скреб рукой между колен, и
в классе слышалось только легкое  похрустывание  его  туго  накрахмаленных
манжет и воротничка. Стивен не поднимал глаз. Было серое весеннее утро,  и
глаза у него все еще были слабые и болели. Он чувствовал, что пропал,  что
его изобличили, что разум его убог, и дома у него убого, и ощущал жестокий
край шершавого вывернутого наизнанку воротника, впившегося ему в шею.
   Громкий, короткий смешок мистера Тейта ослабил напряженное  молчание  в
классе.
   - Вы, может быть, не знали этого? - сказал он.
   - Чего именно? - спросил Стивен.
   Мистер Тейт вытащил руки, ходившие между колен, и развернул  письменную
работу.
   - Вот здесь. Относительно Создателя и  души.  Мм...  мм...  мм...  Ага!
Вот... _Без возможности когда-либо приблизиться_. Это ересь.
   -  Я  хотел  сказать:  _Без  возможности  когда-либо   достигнуть_,   -

Следующая

55 >